Вместе с личным секретарем, по имени Хопкинсон, он просмотрел расписание на день. Не слишком напряженное, поскольку мистера Ферраро отличало редкое для руководителя качество: он умел делегировать полномочия, а с ними и ответственность. Делал он это с радостью, беря на себя лишь незапланированные проверки, а потому сотрудника, который подводил его, оставалось только пожалеть. Мистер Фераро проверял даже своего врача, обращаясь за консультацией к его конкуренту. «Думаю, во второй половине дня я заеду в «Кристи»

Мисс Сондерс проскользнула в кабинет. Казалось, ее так и пригибает к земле. Лет тридцати от роду, с лицом бесстрастным, словно у статуи, изображающей святую, волосами неопределенного оттенка, чистыми синими глазами, она занимала должность помощника личного секретаря, а в графе «Обязанности» ее личного дела значилось одно слово: «Особые». Там же было записано, что мисс Сондерс была старостой в женской школе при монастыре святой Латитудинарии в Уокинге, где три года подряд получала специальную награду за набожность: маленький триптих в окладе из флорентийской кожи с изображением Девы Марии работы мастеров фирмы «Бернс, Оутс и Уошбурн». После окончания школы мисс Сондерс не один год ухаживала за больными и работала в ночлежках для бездомных, не получая ни пенни.

— Мисс Сондерс, — обратился к ней мистер Ферраро, — я не нахожу перечня индульгенций, которые будут получены в июне.

— Он у меня с собой, сэр. Вчера вечером я приехала поздно, потому что получение полной индульгенции в церкви святой Этельдреды потребовало от меня присутствия на вечерней службе, посвященной остановкам на крестном пути.

Она положила на стол мистера Ферраро отпечатанный лист: в первой колонке значилась дата, во второй — название церкви или место паломничества, где выдавалась индульгенция, в третьей, красными чернилами, указывалось число дней, на которое уменьшалось пребывание в Чистилище. Мистер Ферраро внимательно просмотрел список.